Евгений Кобиашвили: «В Бельгии вообще не знают, что такое гризетт»

Евгений Кобиашвили переехал в Бельгию с родителями в раннем детстве. Его родственники живут в Украине и Грузии, а в Беларусь он приехал на несколько дней, чтобы попробовать местное пиво и добавить новую страну в список посещённых: он хочет объехать все страны Европы и уже выполнил свой план почти наполовину. В его руках блокнот, в который он записывает попробованные сорта пива и впечатления о них. По возвращении домой он перенесёт заметки в свой аккаунт на RateBeer: у Евгения, известного там по нику 77ships, уже более 12 тысяч обзоров на пиво. В прошлом году он вошёл в список 50 самых активных авторов этого популярного сервиса для любителей пива, а последние несколько лет ещё является и модератором бельгийской части RateBeer.

Евгений Кобиашвили

— В чём заключается ваша работа в рамках проекта?

— Я модерирую бельгийские пивоварни и сорта пива. Сейчас в каталоге уже более полутысячи пивоварен, постоянно появляются новые. Они выпускают огромное количество сортов, которые мы должны проверить и утвердить. Хватает различных проблем, например, некоторые крупные пивоварни заводят новые сорта пива, которые ничем кроме названия не отличаются от старых. Кроме меня, в Бельгии есть ещё один модератор.

— Сколько лет вы уже на RateBeer?

— Я зарегистрировался на сайте в 2011 году. С того времени постоянно пишу обзоры на пиво. В последнее время это делать довольно просто: столько фестивалей, столько импортного пива. Конечно, если бы я пил только бельгийское пиво, то невозможно было бы достичь таких цифр. А сейчас очень легко поехать в другие страны, на какие-то фестивали.

— И какое пиво предпочитаете сами?

— Конечно, ламбики. Мои фавориты — Brouwerij 3 Fonteinen и Cantillion. Также мне нравятся традиционные бельгийские сорта пива и заводы, которые их производят — Dochter van de Korenaar, De Ranke, Brasserie de la Senne. Из новых любимчиков — Totem, молодая пивоварня, которая только недавно начала выпускать коммерческое пиво. Она делает те сорта, которые никакая другая пивоварня в Бельгии не сварит. Например, белый стаут, IPA с ёлкой, имперские стауты с острым перцем или деревом пало санто. Пивовар всячески экспериментирует, не повторяя рецепты. Если не понравилось — на следующей неделе будет новое пиво.

— Totem — контрактная пивоварня. Как вообще развито контрактное производство в Бельгии?

— Есть разные вариации контрактного пивоварения. Можно просто заплатить деньги и пивоварня сварит вам пиво под заказ, но вы не можете никак вмешиваться в процесс производства. Это, например, касается De Proefbrouwerij — ты там ничего не сможешь сам тронуть. То же самое с Brouwerij Slaapmutske — ты им даёшь рецепт и всё. Есть другой вариант: ты приходишь на пивоварню и делаешь всё сам. Так работает как раз Totem — он варит в Брюгге на пивоварне Bryggja: ему просто открывают здание и дальше он сам всем занимается. А есть смесь этих двух вариантов. Мы считаем контрактными всех тех, кто не имеет своей пивоварни. Но некоторым такое разделение не нравится: есть контрактные пивовары, которые лучше знают как варить пиво, чем те, кто имеет своё производство.

— Как стать в Бельгии пивоваром?

— В некоторых учебных заведениях есть обучение зитологии. Но чаще всего там просто рассказывают об истории пива, о стилях, не обязательно даже обучают процессу производства. Люди чаще идут просто на пивоварню и учатся всему сами. Это не как в Германии, где чуть ли не обязательно нужно специальное образование, чтобы работать на пивоварне.

Евгений Кобиашвили

— Сейчас стали популярны стили пива с бельгийскими корнями: сэзон, гризетт.

— Проблема в том, что никто не знает, что люди имеют в виду, когда говорят о сэзоне. В Бельгии этот стиль фактически вымер. В 70-е годы массово закрывались пивоварни и исчезали стили, только Brasserie Dupont продолжал варить сэзон. Люди, которые ещё застали пиво в 50–60-е года, которые пробовали тогдашний сэзон, рассказывают, что то пиво было легче, оно было похоже на блонд-эль, но отличалось из-за воды, в которой было много металла, что давало специфический вкус. А продукт Brasserie Dupont как раз был не похож на все остальные сэзоны. В итоге он выжил, в отличие от других, и теперь считается эталонным. Этот успех связан с тем, что их пиво в своё время заметили в США, и оно там стало хорошо продаваться. Так что тяжело теперь сказать, каким был сэзон изначально. Многие пивоварни на волне популярности сэзонов просто клеят этикетки с этим названием на свои блонд-эли и продают в США. А что такое гризетт, мы вообще не знаем :) Существует только одна марка гризетта в Бельгии. Исторически считается, что это пиво пили шахтёры, но я не знаю, откуда сейчас пивовары берут рецепты — у нас никто не варит это пиво.

— Вы разрушаете мифы! :)

— Нам просто это надоело. Те же Chouffe, Duvel, Karmeliet — это всё не такое историческое, как рассказывают производители. Это не вековые традиции, а события 70-х годов, когда они начали рекламировать себя как исторические сорта пива. Некоторые пивоварни делают абсолютную фигню, прикрываясь ширмой про традиционное пиво.

— Что же тогда действительно сохранилось?

— В первую очередь, ламбики. Раньше это было пиво старых людей: молодёжь ведь никогда не хочет делать то, что их родители делали. Но сейчас ситуация изменилась. Oud Bruin — тоже старый стиль, существующий благодаря пивоварне Rodenbach. Сын её основателя Юджин Роденбак в Англии постиг знания выдержки пива в бочках, научился смешивать старое окисленное пиво из фудеров с молодым, чтобы получать превосходный продукт. Сейчас и другие пивоварни так делают, например, Brouwerij Alvinne. У них бывают моменты, когда они делают гениальное пиво и хочется крикнуть «остановитесь», но они продолжают что-то менять. Сейчас немного потеряли баланс, пиво стало слишком кислым. Но мы их очень сильно любим. Они были первыми, кто варил пиво в новых стилях, первыми, кто организовал фестиваль, куда пригласили пивоварни из других стран.

— Есть же ещё монастырское пиво.

Westvleteren знают все. Я с детства слышал эти рассказы, что нужно звонить в монастырь, чтобы стать в очередь и купить пиво, что это самое лучшее пиво в мире и т.д. Сейчас оно продаётся везде, но стоит очень дорого — по €10–15. Оно вообще дорогое по сравнению с другим пивом. Даже в монастыре стоит €3, когда St. Bernardus или Rochefort вдвое дешевле. В самом Вествлетерене давно орудует перекупщик: он организовал местных старушек, которые покупают постоянно по шесть коробок пива как будто для себя. Потом собирает это пиво и перепродаёт по всей стране. Многие считают даже, что это официальный дистрибьютор. Так пиво появляется в барах и магазинах во всей Бельгии.

То же самое происходит с Cantillion: автобусы, сотни людей, огромные очереди, в которых люди по три часа стоят, чтобы закупить пиво и потом перепродать. Мой друг работал в пивном интернет-магазине, и когда появлялся в продаже Cantillion, его мгновенно раскупали. Но даже когда уже висела надпись, что пиво продано, ему всё равно по десять раз в день писали, звонили, предлагали огромные деньги.

Вокруг Cantillion огромный ажиотаж, многие просят пивоварню сделать для них специальное пиво. Например, копенгагенскому бару Himmeriget удалось договориться, хотя самому ван Рою не очень нравится это пиво. Говорит: «если бы оно было таким хорошим, я бы делал его так много?» :) Он имеет контракт, отдаёт им пиво и всё.

— А что он любит?

— Он любит вино! Всё его новое пиво на вкус, как вино. Мы ему уже говорим: «Остановись, чувак!» Три последних новых сорта — это просто вино. А он ходит довольный: «Хорошо, да, получилось?» У его отца огромная коллекция редкого вина. Он в 60–70-е годы скупал его во Франции, когда ещё не было такого ажиотажа. Сейчас у него 10 тысяч бутылок самых известных и дорогих брендов. Его тоже не интересует пиво. Пьер Тилкин, основатель Gueuzerie Tilquin, тоже никогда не пьёт ламбик, больше предпочитает IPA. Арманд Дебелдер из 3 Fonteinen обожает традиционное немецкое пиво. Мы никак не можем понять, почему эти люди вообще занимаются ламбиками? :)

— Дэни Приньон с Brasserie Fantôme, говорят, вообще не пьёт пиво.

— Это просто сумасшедший человек. Все легенды о нём — абсолютная правда. Он сам не пьёт пиво. У него нет рецептов — он просто добавляет то, что находит в лесу. Он ничего не знает про стерильность. Когда-то он выпустил пиво, которое не было даже жидким — как шампунь наливалось. Он сам придумал английский язык, который никто не может понять. На фейсбуке ему как-то написали, что вся партия бутылок взорвалась, а он в ответ просто поставил смайлик. Его пиво в Бельгии тяжело найти: 90–95% продукции всегда уходило на экспорт.

Евгений Кобиашвили

— Вы лично знакомы со многими бельгийскими пивоварами?

— Не очень. Я знаю Глена из Brouwerij Alvinne, ван Роя, Тилкина. В хороших отношениях с одним из пивоваров De Dochter van de Korenaar. Это вообще очень интересная пивоварня, которая находится на территории бельгийского эксклава внутри Нидерландов, и у нас всегда возникают разногласия по поводу принадлежности пивоварни. Сами пивовары голландцы, но делают бельгийское пиво.

— И какие отношения у бельгийцев с голландцами?

— Мы всегда между собой спорим :) Они сейчас начали делать ламбики — и мы снова спорим. Хотя Stekerij Toon van den Broek делает очень вкусное пиво. Или Tommie Sjef Wild Ales: Томи Шеф в Нидерландах — это почти как Bokkereyder в Бельгии. Он сам варит пиво, делает хорошие бочковые дикие эли, но никогда не называет их ламбиком и возмущается, когда это делают другие. Многие голландцы считают, что его пиво лучше, чем Cantillion. Но и тут можно поспорить!

— В Бельгии это пиво можно попробовать?

— Возможно, что на каком-то фестиваля будет. Ещё недавно был только один фестиваль с иностранным пивом, сейчас их уже достаточно много. Например, Billie’s Craft Beer Fest в Антверпене, в котором участвует около 50 пивоварен, в этом году даже Zagovor из России будет. В августе состоится фестиваль BXL в Брюсселе, в прошлом году на нём была украинская пивоварня «Правда». Ещё есть фестиваль Leuven Innovation с огромным выбором пива. Так что есть из чего выбирать — приезжайте :)

Подпишитесь на рассылку Pivo.by

Только главные новости о пиве со всего мира и только раз в неделю.